Неточные совпадения
— Ну, посуди, Лейба, друг мой, — ты
умный человек: кому, как не старому хозяину, дался бы Малек-Адель в руки! Ведь он и оседлал его, и взнуздал, и попону с него снял — вон она на сене лежит!.. Просто как
дома распоряжался! Ведь всякого другого, не хозяина, Малек-Адель под ноги бы смял! Гвалт поднял бы такой, всю деревню бы переполошил! Согласен ты со мною?
Но когда,
дома, он вымылся, переоделся и с папиросой в зубах сел к чайному столу, — на него как будто облако спустилось, охватив тяжелой, тревожной грустью и даже не позволяя одевать мысли в слова. Пред ним стояли двое: он сам и нагая, великолепная женщина.
Умная женщина, это — бесспорно.
Умная и властная.
Грустно вспоминался маленький городок, прикрепленный к земле десятком церквей, теплый, ласковый
дом Денисова,
умный красавец Фроленков.
По судебным ее делам он видел, что муж ее был
умным и жестоким стяжателем; скупал и перепродавал земли, леса,
дома, помещал деньги под закладные усадеб, многие операции его имели характер явно ростовщический.
— Жил в этом
доме старичишка
умный, распутный и великий скаред. Безобразно скуп, а трижды в год переводил по тысяче рублей во Францию, в бретонский городок — вдове и дочери какого-то нотариуса. Иногда поручал переводы мне. Я спросила: «Роман?» — «Нет, говорит, только симпатия». Возможно, что не врал.
«
Дома у меня — нет, — шагая по комнате, мысленно возразил Самгин. — Его нет не только в смысле реальном: жена, дети, определенный круг знакомств, приятный друг,
умный человек, приблизительно равный мне, — нет у меня
дома и в смысле идеальном, в смысле внутреннего уюта… Уот Уитмэн сказал, что человеку надоела скромная жизнь, что он жаждет грозных опасностей, неизведанного, необыкновенного… Кокетство анархиста…
До острога было далеко, а было уже поздно, и потому Нехлюдов взял извозчика и поехал к острогу. На одной из улиц извозчик, человек средних лет, с
умным и добродушным лицом, обратился к Нехлюдову и указал на огромный строющийся
дом.
Жюли стала объяснять выгоды: вы избавитесь от преследований матери, вам грозит опасность быть проданной, он не зол, а только недалек, недалекий и незлой муж лучше всякого другого для
умной женщины с характером, вы будете госпожею в
доме.
— Гаврило Семеныч! — вскрикнул я и бросился его обнимать. Это был первый человек из наших, из прежней жизни, которого я встретил после тюрьмы и ссылки. Я не мог насмотреться на
умного старика и наговориться с ним. Он был для меня представителем близости к Москве, к
дому, к друзьям, он три дня тому назад всех видел, ото всех привез поклоны… Стало, не так-то далеко!
Иностранцы
дома, иностранцы в чужих краях, праздные зрители, испорченные для России западными предрассудками, для Запада — русскими привычками, они представляли какую-то
умную ненужность и терялись в искусственной жизни, в чувственных наслаждениях и в нестерпимом эгоизме.
Это были люди
умные, образованные, честные, состарившиеся и выслужившиеся «арзамасские гуси»; они умели писать по-русски, были патриоты и так усердно занимались отечественной историей, что не имели досуга заняться серьезно современностью Все они чтили незабвенную память Н. М. Карамзина, любили Жуковского, знали на память Крылова и ездили в Москве беседовать к И. И. Дмитриеву, в его
дом на Садовой, куда и я езживал к нему студентом, вооруженный романтическими предрассудками, личным знакомством с Н. Полевым и затаенным чувством неудовольствия, что Дмитриев, будучи поэтом, — был министром юстиции.
Пришло раз ему письмо из
дома. Пишет ему старуха мать: «Стара я уж стала, и хочется перед смертью повидать любимого сынка. Приезжай со мной проститься, похорони, а там и с богом, поезжай опять на службу. А я тебе и невесту приискала: и
умная, и хорошая, и именье есть. Полюбится тебе, может, и женишься и совсем останешься».
— Выходит, да не больно… В наше время жених-то приехал в
дом, поглядел невесту издальки, а потом тебе и свадьба. А нынче: тянут-тянут, ходят-ходят, говорят-говорят по-умному-то, а глядишь — дело и рассохлось, да и время напрасно пропало.
Веревкин каждый день ездил в бахаревский
дом. Его появление всегда оживляло раскольничью строгость семейной обстановки, и даже сама Марья Степановна как-то делалась мягче и словоохотливее. Что касается Верочки, то эта
умная девушка не предавалась особенным восторгам, а относилась к жениху, как относятся благоразумные больные к хорошо испытанному и верному медицинскому средству. Иногда она умела очень тонко посмеяться над простоватой «натурой» Nicolas, который даже смущался и начинал так смешно вздыхать.
Галактион действительно прервал всякие отношения с пьяной запольской компанией, сидел
дома и бывал только по делу у Стабровского.
Умный поляк долго приглядывался к молодому мельнику и кончил тем, что поверил в него. Стабровскому больше всего нравились в Галактионе его раскольничья сдержанность и простой, но здоровый русский ум.
Да, Устенька много хорошего вынесла из этого
дома и навсегда сохранила о Стабровском самую хорошую память, хотя представление об этом
умном и добром человеке постоянно в ней двоилось.
— А ты не вдруг… Лучше помаленьку, — грубо ответил Корней. — Ты,
умная голова, то разумей, что я Корней и что на всякий спех у меня свой смех. А ты бы вот меня к себе в
дом повел, да хорошеньку фатеру отвел, да чайком бы угостил, да винца бы поднес, а потом бы уж и спрашивал, по какому делу, откуда и от кого я прибыл к тебе.
Говорят, что незадолго до пожара в
доме или до крушения корабля
умные, нервные крысы стаями перебираются в другое место.
— Скажи мне, пожалуйста, Тамара, я вот никогда еще тебя об этом не спрашивала, откуда ты к нам поступила сюда, в
дом? Ты совсем непохожа на всех нас, ты все знаешь, у тебя на всякий случай есть хорошее,
умное слово… Вон и по-французски как ты тогда говорила хорошо! А никто из нас о тебе ровно ничего не знает… Кто ты?
И воровать-то надо сноровку знать: занадобится сто рублей,
умному вору, чтоб
дома остаться, надо их в четыре приема красть.
Знали
умную, учительную мать Маргариту по всему Поволжью от Романова до Иргиза, чтима была старица в слободах Стародубских, на Дону, на Кубани, на Тереке, высоко было имя ее в Москве на Рогожском, в Питере в Королевской часовне [Поповщинская часовня, находившаяся в Петербурге на Разъезжей улице, в
доме купца Королева.
Я нашел в ней очень
умную, тонко наблюдательную, много видавшую на своем веку женщину, с большим тактом, а он нужен ей был, потому что ее положение в семействе было, для посторонних и даже более близких знакомых, какое-то двойственное: жена не жена, хозяйка не хозяйка — и все-таки что-то гораздо большее, чем просто друг
дома, приятельница…
И с таким-то скудным содержанием я в первую же зиму стал бывать в казанских гостиных. Мундир позволял играть роль молодого человека; на извозчика не из чего было много тратить, а танцевать в чистых замшевых перчатках стоило недорого, потому что они мылись. В лучшие
дома тогдашнего чисто дворянского общества меня вводило семейство Г-н, где с
умной девушкой, старшей дочерью, у меня установился довольно невинный флерт. Были и другие рекомендации из Нижнего.
Дом в городе строили они же, и всем распоряжался
умный старый мужик…
— Я это знаю от нее же, мой друг. Да, она — премилая и
умная. Mais brisons-là, mon cher. Мне сегодня как-то до странности гадко — хандра, что ли? Приписываю геморрою. Что
дома? Ничего? Ты там, разумеется, примирился и были объятия? Cela va sanà dire. [Это само собой разумеется (франц.).] Грустно как-то к ним иногда бывает возвращаться, даже после самой скверной прогулки. Право, иной раз лишний крюк по дождю сделаю, чтоб только подольше не возвращаться в эти недра… И скучища же, скучища, о Боже!
Против нашего
дома жил в собственном же
доме С. И. Аничков, старый, богатый холостяк, слывший очень
умным и даже ученым человеком; это мнение подтверждалось тем, что он был когда-то послан депутатом от Оренбургского края в известную комиссию, собранную Екатериною Второй для рассмотрения существующих законов.
«Черт возьми, что же это у нее сидит в мозгу?» — спрашивал себя
умный человек, даже задувая
дома свечку и оборачиваясь к стенке; но ни одного раза ни один
умный человек не отгадал, что в мозгу у маркизы просто сидит заяц.
— А что, это очень
умный человек? — спрашивала Розанова Полинька Калистратова, подходя к
дому.
Он на самом деле ухаживал за ней довольно долго, познакомившись с их
домом через Мечева, но она, как
умная женщина, не отталкивая его, но и не подавая ему особых надежд, вела тонкую игру.
Сам Иван Дорофеев, мужик лет около сорока, курчавый и с
умными глазами, в красной рубахе и в сильно смазанных дегтем сапогах, спал на лавке и первый услыхал своим привычным ухом, что кто-то подъехал к его
дому и постучал в окно, должно быть, кнутовищем.
Людмила, прощаясь с сестрами, была очень неразговорчива; адмиральша же отличалась совершенно несвойственною ей
умною распорядительностью: еще ранним утром она отдала Сусанне пятьдесят рублей и поручила ей держать хозяйство по
дому, сказав при этом, что когда у той выйдут эти деньги, то она вышлет ей еще.
— Да этого черномазый-то и сам не скрывает! — подхватила Аграфена Васильевна. — У нас в
доме хвастался: «Дураки, говорит, в воде тонут, а
умные из нее сухоньки выходят!»
— Место для этого — ваша церковь и мой
дом! — объяснил, начав уже покрикивать, Егор Егорыч. — Весь обряд должен будет произойти следующим образом, — продолжал он, заранее, как видно, все уже обдумавший, — поручителем Сусанны Николаевны будет Сверстов!.. Вас я прошу, как человека
умного и масона ученого, быть ее ритором!.. Я же, как не лишенный до сих пор звания великого мастера, исполню обязанности того!..
— Что ты, тетя Таля… наш
дом всегда был и будет твоим
домом, и разве кроме хорошего, доброго и
умного, ты можешь что-нибудь сделать… — с искренней наивностью сказала Лидия Павловна.
— Какая громадная разница между этим
домом и московскими, где я бывал прежде… Вот истинно
умные русские люди… и как все это у них просто, без чопорности… задушевно!
— Мало ли кто… Например, я знаю, что жена твоя ненавидит меня… Я все боюсь, что именно она внушит тебе недоверие ко мне. Женщины гораздо
умнее и сильнее нас нравственно. Она и сегодня так оскорбила меня своим приемом, что я решил не бывать у тебя в
доме.
Григорий Александрович, в котором принимала участие сама императрица, конечно, был во всех этих
домах желанным гостем. Он был на дружеской ноге с братьями Орловыми, из которых Григорий не называл его иначе как «тезкой». Впрочем, отношения этих знаменитых братьев, Алексея и Григория, к Потемкину не были искренни. Они, как
умные люди, предвидели его возвышение, в душе завидовали ему и в тайне интриговали.
И
дома, и в поле, и в сарае я думал о ней, я старался понять тайну молодой, красивой,
умной женщины, которая выходит за неинтересного человека, почти за старика (мужу было больше сорока лет), имеет от него детей, — понять тайну этого неинтересного человека, добряка, простяка, который рассуждает с таким скучным здравомыслием, на балах и вечеринках держится около солидных людей, вялый, ненужный, с покорным, безучастным выражением, точно его привели сюда продавать, который верит, однако, в свое право быть счастливым, иметь от нее детей; и я все старался понять, почему она встретилась именно ему, а не мне, и для чего это нужно было, чтобы в нашей жизни произошла такая ужасная ошибка.
— Мне действительно было досадно, — отвечал он, — что вы приехали в этот
дом, с которым у вас ничего нет общего ни по вашему воспитанию, ни по вашему тону; и, наконец, как вы не поняли, с какой целью вас пригласили, и что в этом случае вас третировали, как мою любовницу… Как же вы, девушка
умная и самолюбивая, не оскорбились этим — странно!
Раиса Павловна умела принять и важное сановное лицо, проезжавшее куда-нибудь в Сибирь, и какого-нибудь члена археологического общества, отыскивавшего по Уралу следы пещерного человека, и всплывшего на поверхность миллионера, обнюхивавшего подходящее местечко на Урале, и какое-нибудь сильное чиновное лицо, выкинутое на поверхность безличного чиновного моря одной из тех таинственных пертурбаций, какие время от времени потрясают мирный сон разных казенных сфер, — никто, одним словом, не миновал ловких рук Раисы Павловны, и всякий уезжал из господского
дома с неизменной мыслью в голове, что эта Раиса Павловна удивительно
умная женщина.
Чарыковский подал ему свою визитную карточку, на которой был его адрес. Хвалынцев поблагодарил его и обещал приехать. Хотя за все эти дни он уже так успел привыкнуть к своей замкнутости, которая стала ему мила и приятна постоянным обществом
умной и молодой женщины, и хотя в первую минуту он даже с затаенным неудовольствием встретил приглашение капитана, однако же поощрительный, веселый взгляд графини заставил его поколебаться. «К тому же и она нынче не
дома», — подумал он и согласился.
У них бывали только мужчины. В своем старанье развлечь жену, Эразм Эразмович старался привлечь к себе в
дом интересных лиц, местных литераторов, артистов, словом, «
умных людей».
— Она строгая к себе девушка; девушка честная, не болтушка, не сплетница; любит
дом, любит чтение и беседу
умных людей. А все остальное… от этого ей одной худо.
—
Умнее ничего не мог придумать! — сказала барыня спокойно. — Много здесь дураков прилетало, как мухи на мед… Ну, вот что. Мне некогда. Если ты приехала, чтобы работать, то я возьму тебя с завтрашнего дня. Вот этот мистер Борк укажет тебе мой
дом… А эти — тебе родня?
Бернарди,
умный и ловкий итальянец, благодаря своему ремеслу был вхож во все
дома, почти все были ему что-нибудь должны, почти всем он оказал какую-нибудь маленькую услугу.
Я не хочу, чтобы мне Термосесов мог написать что-нибудь вроде того, что в
умном романе „Живая душа“
умная Маша написала своему жениху, который жил в хорошем
доме и пил чай из серебряного самовара.
— Маменька! — говорил он, — надобно, чтоб кто-нибудь один в
доме распоряжался! Это не я говорю, все так поступают. Я знаю, что мои распоряжения глупые, ну и пусть будут глупые. А ваши распоряжения
умные — ну и пусть будут
умные! Умны вы, даже очень умны, а Иудушка все-таки без угла вас оставил!
Несчастливцев. На всякий случай не мешает. Другой актер поступил гораздо
умнее. У одной богатой помещицы был племянник, человек с благородною душой, но бедный. Вздумал он навестить свою тетку, которую не видал лет пятнадцать. Вот собрался издалека, шел пешком долго; приходит, его принимают по-родственному. Вдруг тетка узнает, что он актер, гонит его из
дому, не простясь, срамит его перед людьми, перед дворней.
Мало-помалу аббат вошел во все знатные
дома Петербурга: в одном он являлся
умным и занимательным гостем, в другом — мудрым советником по разным делам, в третьем — другом семейства, в четвертом — врачем, в пятом — красноречивым проповедником, глаголам которого русские барыни внимали с особым благовением.
Это предвидели в Багрове и нарочно отправили Елизавету Степановну, чтоб она по превосходству своего ума и положения в обществе (она была генеральша) могла воздерживать порывы дружелюбия простодушной Аксиньи Степановны; но простая душа не поддалась
умной и хитрой генеральше и на все ее настойчивые советы отвечала коротко и ясно: «Вы себе там, как хотите, не любите и браните Софью Николавну, а я ею очень довольна; я кроме ласки и уважения ничего от нее не видала, а потому и хочу, чтоб она и брат были у меня в
доме мною так же довольны…» И всё это она исполняла на деле с искренней любовью и удовольствием: заботилась, ухаживала за невесткой и потчевала молодых напропалую.